Госдума приняла в окончательном чтении законопроект №1158700-8 о совершенствовании механизмов применения ЭПР в сфере цифровых инноваций, в первую очередь для развития технологий ИИ. Как говорится в документе, в настоящее время установление ЭПР допускается в случае, если общее регулирование, касающееся отношений в сфере цифровых и технологических инноваций, содержит требования, предписания, запреты, ограничения, при соблюдении которых внедрение цифровых и технологических инноваций невозможно или существенно затруднено (нормативный барьер).

Однако на практике ряд инноваций не имеют нормативного правового регулирования в целом, что обусловлено широким спектром технологических направлений, а также высокими темпами их развития. Например, в части ИИ отсутствуют законодательные акты, регулирующие порядок его функционирования и внедрения.

Как говорится в пояснительной записке к законопроекту, потенциал для использования ИИ значительно шире, однако разработчики, вынужденные действовать в условиях неопределенности и правовой незащищенности, ограничивают широкое внедрение новых технологий в силу наличия риска признания их незаконными.

Законопроект предусматривает исключение требования об обязательном наличии правового барьера для установления ЭПР. Также законопроект предусматривает увеличение максимального срока действия ЭПР с трех до пяти лет.

"Для ИИ критично, что регулирование часто не успевает за технологией: в ряде сфер правил еще нет, но именно поэтому и нужен контролируемый эксперимент. Отмена обязательного требования о наличии правового барьера снимает этот парадокс и позволяет тестировать ИИ-решения не только там, где уже есть устаревшие ограничения, но и там, где нормативная база только формируется", - отметил менеджер продукта по направлению машинного обучения и ИИ в Deckhouse АО "Флант" Александр Подмосковный.

"Законопроект решает реальную проблему: действующее регулирование не всегда успевает за развитием ИИ, а бизнесу нужны понятные условия для тестирования новых сценариев. Но в такой конструкции есть и риск. Если убрать требование о наличии правового барьера, ЭПР может превратиться не в точечный инструмент для сложных инноваций, а в более общий способ обходить обычное регулирование. Поэтому саму идею расширения ЭПР мы оцениваем скорее положительно, но при условии более четких критериев допуска, контроля и публичной оценки результатов", - объяснил генеральный директор ООО "Осми-ИТ" (Osmi IT) Михаил Шрайбман.

Увеличение срока с трех до пяти лет обосновано практикой. Три года для серьезного эксперимента с накоплением данных и переходом к полноценному регулированию - явно мало. Возможность выйти из ЭПР по собственному обращению - логичная деталь, которой до сих пор не хватало. В практическом плане закон даст разморозку проектов, зависших в правовой неопределенности. Речь об ИИ в медицине за пределами уже работающих режимов телемедицины, ИИ-агентах в финансовых сервисах, ИИ в государственных услугах, прикладном ИИ в промышленности с автоматическим принятием решений. Все эти направления до сих пор двигались либо в серой зоне на свой страх и риск, либо ждали четких регуляторных сигналов", - рассказал генеральный директор ООО "Сайбер Бизнес Консалтинг" Дмитрий Лившин.

"Постепенный переход государства к логике управляемого эксперимента - это важный сигнал для развития ИИ. Если ЭПР можно запускать не только при уже выявленном правовом барьере, рынок получает возможность быстрее тестировать модели, сервисы и обмен данными в реальной среде. Особенно это важно для промышленного ИИ, автономных систем и интеллектуальной логистики, где технология развивается быстрее, чем регуляторика. Пятилетний срок делает такие проекты более реалистичными, но результат будет только там, где гибкость будет сочетаться с требованиями к безопасности, данным и ответственности", - отметил директор по связям с государственными органами ГК "УльтимаТек" Дмитрий Трунов.

"Основной массив регулирования у нас создавался в эпоху, когда ИИ был скорее научной фантастикой, чем инженерной реальностью. И ключевое нововведение законопроекта - исключение требования об обязательном наличии правового барьера для установления ЭПР - я оцениваю как тектонический сдвиг в философии законодателя", - подытожил председатель совета по противодействию технологическим правонарушениям КС НСБ России Игорь Бедеров.