Вчера, 3 сентября 2026 г., на пленарном заседании XI Восточного экономического форума президент России Владимир Путин заявил, что Дальний Восток получит особый правовой режим. Его цель - быстрая и беспрепятственная "обкатка" новейших технологий, таких как беспилотники в сельском хозяйстве, промышленные роботы, телемедицина, искусственный интеллект для медицинского заключения и т.д.

"Обращаю внимание коллег: нужно сделать так, чтобы тестировать технологические решения, применять их в реальной жизни было максимально удобно, без хождений по кабинетам и множества согласований. И, конечно, здесь важна обратная связь от инновационных компаний, как они считают, что мешает внедрению новых технологий, что нужно поправить в регуляторике", - сказал глава государства.

Дата начала действия режима - 1 января 2027 г. Партнер адвокатского бюро "Лидингс" (Lidings) Степан Гузей напомнил, что цель правовых режимов - установить понятные правовые рамки взаимодействия государства и бизнеса, но их цели отличаются.

Для первого - это инструмент привлечения бизнеса на определенную территорию либо отраслей, развитие которых государство считает приоритетным. При этом оно решает целый ряд социальных и политических задач, таких как создание рабочих мест, новая инфраструктура, повышенная занятость и так далее.

Для второго - это возможность получить понятные и стабильные правила игры. Не только налоговые льготы или иные преференции, но и возможность заранее знать взаимные права и обязанности сторон, условия реализации проекта и то, насколько эти условия будут сохраняться на протяжении длительного периода.

"Специальный правовой режим - это в конечном счете механизм, который позволяет совместить экономические интересы инвестора с задачами развития территории, которые ставит перед собой государство. Исторически Дальний Восток действительно стал своего рода полигоном для апробации специальных экономических и правовых режимов. И эта практика появилась не вчера. Ее корни можно искать еще в 1990-х и начале 2000-х годов, в том числе в механизмах соглашений о разделе продукции. Часть таких отношений регулировалась непосредственно законодательством, например налоговым, другие вопросы - через отдельные нормативные и подзаконные акты. За прошедшие более чем двадцать лет государство накопило значительный опыт работы с такими инструментами. Поэтому сегодня речь идет уже не столько об эксперименте как таковом, сколько о попытке собрать и использовать наиболее эффективные практики", - рассказал Степан Гузей.

Он добавил, что специальный правовой режим таких масштабов не знает фактических аналогов в России. Его главное отличие заключается в том, что сейчас государство уже не просто испытывает отдельные инструменты, а пытается системно имплементировать лучшие практики, которые были накоплены за предыдущие годы.

"Очень большую роль здесь играет работа Министерства Российской Федерации по развитию Дальнего Востока и Арктики и АО "Корпорация развития Дальнего Востока и Арктики" как одного из ключевых операторов преференциальных режимов. Но существует еще один важный фактор - наличие постоянной политической и административной поддержки на уровне полномочного представительства Президента Российской Федерации в Дальневосточном федеральном округе и лично Юрия Трутнева. Для подобных проектов это имеет принципиальное значение. Специальный режим не может быть статичным: в ходе его применения бизнес сталкивается с практическими проблемами, которые невозможно предусмотреть при написании первоначальных норм. Поэтому необходим механизм постоянной обратной связи, позволяющий корректировать регулирование", - отметил Степан Гузей.

По его словам, главная трудность, связанная с новыми технологиями - их относительная новизна для правового регулирования. Он отметил, что работа над этим идет, но полноценная и устойчивая система еще на стадии формирования, и добавил, что решить один юридический вопрос, связанный с такими сферами, как обработка и защита информации, информационная безопасность, физическая безопасность людей и объектов, изолированно невозможно, так как возникает целый комплекс проблем.

"Отдельный огромный блок - ответственность. Кто отвечает, если автономная система совершила ошибку: разработчик, производитель оборудования, собственник системы, организация, которая ее эксплуатирует, конкретный оператор? Как распределяется ответственность, если деятельность осуществляется на основании лицензии или специального разрешения государства? Для традиционных отраслей ответы на подобные вопросы формировались десятилетиями. Для новых технологий эти правила во многом приходится создавать одновременно с развитием самой технологии", - сказал Степан Гузей.